Васильчук Сергей Петрович (serg70p) wrote,
Васильчук Сергей Петрович
serg70p

Categories:

«Я намного превзошел Аль-Капоне. Он грабил три района. Я делал это на трех континентах» 2



Оригинал взят у serg70p в «Я намного превзошел Аль-Капоне. Он грабил три района. Я делал это на трех континентах»

События, о которых известно из материалов в открытом доступе, развивались следующим образом.
Мартин Аллен, никому до того не известный полу-профессиональный историк, перелопатил вместе с женой архивы (работали они тогда же, когда и команда авторов «Двойных стандартов», причём в одних и тех же хранилищах) и на основе найденных документов написал свои книги: про предвоенные связи членов королевской семьи с нацистами, про дело Гесса, про Гиммлера, который не покончил с собой, а якобы был убит агентами английских спецслужб по приказу Черчилля (чтобы не рассказал американцам о тайных мирных переговорах, которые англичане с ним вели).
Своему будущему издателю Аллен по его просьбе представил в подтверждение своих сенсационных разоблачений фотокопии четырёх главных, до того никогда никем не публиковавшихся документов (как показала позднее экспертиза, эти копии в точности соответствовали хранившимся в архиве оригиналам). Издателя и его специалистов эти фотокопии удовлетворили и убедили в том, что книги Аллена можно публиковать.
В 2002 году вышла в свет книга про дело Гесса. Вскоре появился её перевод на немецкий язык (Churchills Freidensfalle),* сопровождённый в немецком издании фотокопиями некоторых документов.

* Сам Мартин Аллен в своём предисловии к американскому изданию перевёл это название обратно на английский язык, как Churchill's Peace Trap, откуда я и позаимствовал для моего перевода на русский слово «западня» (trap).

В октябре 2004 года немецкий историк, изучавший окружение Гесса, Эрнст Хайгер (Ernst Haiger) написал письмо в британский Национальный архив и обратил внимание на то, что шесть документов из тех, фотокопии которых имеются в книге, показались ему подозрительными. Через пару недель он получил официальный ответ из Национального архива, подтвердивший, что на фотокопиях изображены реальные хранящиеся в архиве документы, и что процитированы эти документы в книге правильно.
В мае 2005 вышла в свет последняя книга Аллена Himmler's Secret War («Тайная война Гиммлера»). В ней, тоже на основании найденных в Национальном архиве уникальных документов, Аллен утверждал, что английские спецслужбы (если точно, то агенты Political Warfare Executive, PWE, под руководством Брюса Локхарта)* Гиммлера убили и таким образом убрали слишком опасного свидетеля. Причём на первых же страницах Аллен очень настойчиво подчеривает: само британское правительство не соглашалось идти ни на какие договоры не просто с нацистами, а вообще с любыми немцами, вплоть до полной победы. Но зато вот британские спецслужбы — те в какие-то странные игры с ними играли постоянно, а, начиная с 1943, даже вот и с самым одиозным из нацистов — Гиммлером.

* PWE являлось подразделением Форин Офиса и, как и Министерство информации, находилось в предвоенный и военный период под полным контролем членов Кливденского круга; Брюс Локхарт, бывший подопечный самого лорда Милнера — один из них.

Через несколько недель, в июне 2005, как рассказывает журналист газеты The Daily Telegraph Бен Фентон, он получил по эл.почте письмо от «одного своего приятеля» (личность этого приятеля Фентон не раскрывает), который обратил его внимание на только что вышедшую книгу Аллена, разоблачающую английские спецслужбы, и на то, что приведённые в ней сенсационные документы — скорее всего фальшивки.

(Справка: Ben Fenton; с 1989 по 2007 в штате The Daily Telegraph, известен, как журналист с опытом работы в архивах; в 2007 перешёл в The Financial Times, где теперь специализируется на тематике «СМИ».)

Редактор The Daily Telegraph, отвечающий за военную тематику (Defence Editor), а значит имевший решающее слово в деле публикации всех статей о книгах Мартина Аллена — авторитетный военный историк Джон Киган.

(Справка: John Keegan; родился в 1934; с 1960 на протяжении 26 лет преподавал историю в элитарной британской военной академии Sandhurst; в журналистику перешёл в 1986; является также постоянным автором National Review Online — что-то вроде «Глобальной авантюры», только американских консерваторов: у них на этом их сайте тоже набегает до миллиона посещений в день).

То ли Джон Киган, то ли Бен Фентон, то ли оба вместе попросили высказать своё мнение специализирующегося на истории спецслужб историка М.Р.Д.Фута.

(Справка: M.R.D. Foot; родился в 1919; выпускник New College, Oxford; во время войны служил в военной разведке, в качестве оперативника SOE его забрасывали во Францию, он побывал в плену у немцев; в 1950 году переведён на службу в Intelligence Corps; выйдя в отставку из SIS, стал преподавать историю сначала в Оксфорде, потом в университете Манчестера; является автором и соавтором многих книг, посвящённых разведке, а также официальным историком Special Operations Executive (SOE), агентов и руководство которого Мартин Аллен обвинил в соучастии в преднамеренном убийстве Гиммлера).

Получив экспертное заключение Фута, газета заручилась разрешением Национального архива и получила в своё распоряжение четыре папки с документами, которые Бен Фентон вынес из здания хранилища и увёз на экспертизу к выбранным его газетой независмым специалистам по проверке подлинности документов. Их заключение было: вызвавшие сомнение бумаги — это по всем признакам подделки. Папки со всеми документами Фентон вернул в Национальный архив.
2 июля 2005 The Daily Telegraph опубликовала первую разоблачительную статью Бена Фентона. В ней Фентон заявил, что документы, на основании которых Мартин Аллен в своих книгах разоблачал коварство британских властей, являются фальшивками, и потребовал от Национального архива провести официальное расследование.
Первая реакция Мартина Аллена на эти обвинения (Фентон цитирует его слова в своей статье) была полна недоумения: «Меня подставили. Я понятия не имею, кто это мог сделать.»
Специалисты Национального архива приступили к внутреннему расследованию и проверке попавших под подозрение документов.
12 июля 2005 The Daily Telegraph опубликовала вторую статью. На этот раз Бен Фентон рассказал об истории с прошлогодним письмом немецкого историка и «отпиской» Национального архива, подчеркнув, что теперь-то, когда его газета сумела разоблачить подделки, архив обязан провести расследование со всей серьёзностью и передать дело в полицию. Официальный представитель Национального архива сделал в ответ осторожное заявление: «Мы уверенно продвигаемся в этом деле вперёд, но осмотрительно, шаг за шагом».
В тот же день, 12 июля, Национальный архив опубликовал на своём сайте официальное заявление и подтвердил, что пять из рассмотренных документов — подделки. В связи с этим было принято решение продолжить проверку и включить в неё целый ряд других документов.
1 августа 2005 газета опубликовала очередную обвинительную статью, в которой Бен Фентон возмутился теперь уже тем, что издатели книг Мартина Аллена не изымают их из продажи, хотя разоблачения, «заявленные в них автором, основаны на подделанных документах». Призыв немедленно изъять книги Аллена из продажи поддержал в этой же статье Эндрю Робертс, которого Фентон представил, как «биографа Черчилля и одного из ведущих историков».

(Справка: Andrew Roberts; родился в 1963; наследник очень крупного состояния, миллионер, имеет в обществе репутацию денди, плейбоя; карьеру начинал в банковском секторе; автор книги The Holy Fox, в которой пытается снять все обвинения с одного из главных проводников политики примирения Гитлера — лорда Галифакса; именно про Галифакса Мартин Аллен на основании найденных им документов сообщил в своей книге, что по договорённости с Гессом премьер-министром вместо Черчилля должен был стать он; королевская семья действительно уже однажды очень настойчиво пыталась протолкнуть кандидатуру Галифакса: в апреле-мае 1940, вместо назначенного в конце концов Черчилля; в январе 2003 Робертс выпустил книгу Hitler and Churchill: Secrets of Leadership, и одновременно историческую программу аналогичного содержания в 4-х частях на телеканале BBC2; знаменит своими крайне правыми взглядами: он оправдывал использование концентрационных лагерей во время англо-бурской войны, рекомендовал администрации США предпринять аналогичные меры во время недавней войны в Ираке, и пр.; признаётся сам, что является поклонником Джорджа Буша младшего.)

Издатели книг Аллена поначалу выражали готовность изъять книги из продажи, если Национальный архив подтвердит, что документы подделаны, но затем их позиция изменилась. Один из них, Джереми Робсон (Jeremy Robson), на обвинения Бена Фентона и Эндрю Робертса отреагировал следующим образом: «По-моему, это всё не по адресу. Ведь вот есть вопросы: как эти подделки попали в папки в архиве? кто их туда подложил? это те же документы, которые читал наш автор, или их подменили позднее? Ответьте на эти вопросы — тогда и решим, как дальше поступать.»

(Справка: книги остались в продаже и изъятию не подвергались.)

Параллельно с продолжающейся проверкой документов в Национальном архиве было возбуждено уголовное дело и начато расследование, порученное следователям из Specialist Crimes Directorate.
Как утверждал позднее в своих статьях всё тот же Бен Фентон, основной версией у следователей якобы было предположение, что Мартин Аллен сам изготовил подделки, тайком пронёс их в хранилище и подложил в папки (при этом Фентон описывал Мартина Аллена, как человека застенчивого, явно мало разбирающегося в компьютерах и сложной множительной технике). Экспертиза показывала, что подделки были исполнены крайне примитивно: «...в текстах телеграмм и меморандумов содержались фактические неточности; бланки учреждений изготавливались с помощью лазерного принтера; на подделанных подписях под чернилами обнаружились карандашные 'черновики'; а все 29 документов - порой изложенные подозрительно современным языком - отпечатаны всего на четырех разных машинках.» Сотрудница Национального архива обращала внимание следователей на то, что документы с такими очевидными несуразностями обязательно вызвали бы подозрения у «любого серьёзного и опытного историка».
В октябре 2006 полиция расследование закончила и дело передала в прокуратуру (Crown Prosecution Service — CPS).
В 2007 году Национальный архив подготовил официальный отчёт, в котором указал следующее:
- среди сотен документов, использованных Алленом, нашлось 29 документов из 12 разных папок, имеющих все признаки грубой подделки;
- все эти документы были подложены в папки в период между 2000 и 2005 гг;
- все эти документы являются ключевыми для обоснования основных (сенсационных) выводов, озвученных Алленом в его книгах;
- все эти документы находились совсем не в тех папках, в которых должны были бы храниться по правилам составления каталогов;
- в соответствии с журналом регистрации посетителей Мартин Аллен и его жена — единственные, кто запрашивали и брали эти документы для ознакомления.
Примерно в то же время прокуратура приняла решение уголовное дело прекратить и в суд его не передавать, поскольку это «пошло бы вразрез с интересами общества» ("not in the public interest"

Узнав о том, что прокуратура решила никакие обвинения ни в чей адрес не выдвигать и дело в суд не передавать, Бен Фентон предпринял очередную попытку не дать делу «умереть»: звонил знакомым, посылал журналистские запросы, теребил всех, кого мог.
В марте 2008 он получил из прокуратуры, видимо, окончательный ответ на свой запрос, в котором среди прочего было сказано: «Прежде, чем принять решение, проверяющий юрист тщательно изучил медицинские справки и все связанные с общественным интересом факторы.»

(Справка: полиция впервые смогла допросить Мартина Аллена только через 9 месяцев после того, как началось следствие; всё это время Аллен, вроде бы, был болен; ухудшение его самочувствия после начала истории с фальшивками косвенно подтверждает и прокуратура, но в первую очередь об этом настойчиво пишет Бен Фентон, хотя в то же время он никак не объясняет, какие именно проблемы со здоровьем возникли у Аллена, и тем более — как они могли повлиять на решение прокуратуры.)

Когда стало ясно, что решение прокуратуры — окончательное, что никаких официальных обвинений не будет, и что в суд дело не попадёт, Бен Фентон напечатал очередную возмущённую статью (05.03.2008; после 2,5 лет молчания), на сей раз в приложении Weekend Magazine к The Financial Times, куда он к тому времени перешёл из The Daily Telegraph (в тот же день со ссылкой на газету материал повторило агентство Reuters; через два дня, 07.03.2008, пространную статью, в основном просто дублирующую этот материал в несколько урезанном виде, напечатал The Guardian). Повторив рассказ об имевших место событиях, Бен Фентон в своём очерке говорит, что единственное объяснение, предложенное самим Алленом — это что кто-то подложил фальшивки в папки уже после того, как он ознакомился с настоящими, ещё не поддельными документами. И далее Фентон пишет:
«Так что — может быть, события именно так и развивались? Задавшись целью перелопатить всё, что можно, и добравшись до папок с документами, на которые никто до него не обращал внимания, Аллен — эдакий самозванный «уважаемый историк» - наткнулся на эти документы. Потом, после публикации его книг, о его разоблачениях узнали некие таинственные силы (надо полагать — действующие офицеры британских спецслужб), у которых, чтобы дискредитировать Аллена, не осталось иного выхода, кроме как подменить в архивных папках настоящие разоблачительные документы грубыми фальшивками.
Однако расследование, проведённое полицией на основе заключения судебной экспертизы (Forensic Science Service), показало, что то не были отдельные случаи. В общей сложности было выявлено 29 поддельных документов, отпечатанных всего на четырёх пишущих машинках. Они были разложены в 12 разных папок, и каждый был процитирован как минимум один раз в одной или нескольких книгах Аллена.»

И, наконец, заключительный аккорд в этой хронологии: 01.05.2008 повторяется публикация полного текста статьи Фентона на сайте The Financial Times; заключительный абзац статьи: «Может быть, прокуратуре следовало бы увидеть общественный интерес в другом. Неужели переворот истории последних шестидесяти лет с ног на голову — в интересах общества Великобритании или любой другой страны? Случись нечто подобное — и нам, возможно, придётся усваивать новое толкование прошлых лет, читать переписанный совсем иначе, чем мы привыкли, рассказ о былом, на основе документов, которым, как мы думали, можно верить, в исполнении людей, верить которым никак нельзя.»
03.05.2008 Национальный архив выложил у себя на сайте все официальные отчёты, включая показания своих руководителей во время следствия и копии подделанных документов, отныне изъятых из хранения.
А 06.05.2008 опять The Financial Times напечатала открытое письмо, которое подписали восемь «уважаемых» учёных-историков:
«В Вашем отчёте от 3-го мая сообщалось, что в Национальном архиве было обнаружено 29 подложенных фальшивых документов; это сообщение вызывает серьёзную озабоченность среди историков. Они встревожены ещё и потому, что имела место очевидная попытка исказить наше прошлое, полиция осуществила её расследование, а никакого уголовного преследования тем не менее не будет.
Надёжность и репутация Национального архива и других аналогичных учреждений во всём мире являются ценнейшим достоянием.
Представляется очевидным, что интересы общества требуют — в случае, если судебного разбирательства не будет — чтобы по данному вопросу было составлено и опубликовано какое-то официальное заключение.
Эта мера позволила бы предостеречь от повторения подобных действий всех, у кого мог бы возникнуть сей соблазн. И одновременно она бы положила конец пересудам о том, с какой целью и кто именно мог изготовить и использовать эти фальшивки.»
На этом я хронологическую цепочку событий закончу, поскольку всё, для моих целей важное, я перечислил. Не стану пересказывать все версии, которые вот уже пять лет активно обсуждают на своих форумах и «конспирологи», и английские т.н. историки-реформисты, и многие прочие заинтересованные люди. Моя цель сейчас отнюдь не в том, чтобы выяснять, кто же конкретно и что же именно на самом деле с этими липовыми документами затеял.
Меня лично во всей этой истории больше всего заинтересовал другой момент: поведение издателей (английских и американских) книг Мартина Аллена. Ведь они же на рынке не новички наивные и сопливые и наверняка сразу поняли, какая именно «группа интересов» взялась разыгрывать против их автора какую-то уж слишком очевидно краплёную карту — и тем не менее не испугались.* Точнее — сначала было испугались, а потом очень скоро бояться перестали. И оказались правы: никто их в суд затащить так и не сумел; даже хотя бы просто добиться изъятия книг из продажи и то не сподобились.

* Вот, например, какой вполне разумный комментарий к предложенной на продажу Himmler's Secret War: The Covert Peace Negotiations of Heinrich Himmler опубликовал у себя на сайте Amazon: «Многие документы, способные подтвердить или опровергнуть некоторые из выдвинутых автором теорий, ещё несколько лет будут недоступны. А вот когда они появятся, мы, возможно, сумеем верно оценить степень участия Черчилля в этом процессе. И, возможно, узнаем, действительно ли англичане убили Гиммлера, чтобы не допустить его участия в суде и публичных признаний относительно мирных переговоров. До тех же пор, значительную часть книги приходится воспринимать, как домыслы и догадки её автора (much of the book must be viewed as speculative)».
(Справка: рассекречивание определённой части документов, касающихся дела Гесса и других спецопераций, решением британского правительства в очередной раз отсрочено, теперь до 2017 года.)
Или вот ещё такой комментарий: «...такое развитие событий мало что объясняет, скорее наоборот — только ещё больше всё запутывает. Читатель, естественно, подметит самые очевидные вопросы: кто подделал документы? когда подложил их? каким образом? с какой целью? Однако у него наверняка появится и недоумение: как мог какой-то обыкновенный газетный репортёр подвигнуть руководителей национального архива на то, чтобы они ему дали на вынос оригиналы зарегистрированных единиц хранения... (…) ...и по-прежнему непонятно, почему через 60 лет после окончания Второй мировой войны вдруг стало недопустимо сомневаться в правильности общепринятой версии событий? Надо ли так понимать, что значение в этом вопросе имеют не столько факты, сколько политические соображения, и через два поколения всё ещё не утратившие своей весомости? Ведь для Великобритании Вторая мировая война стала настоящей катастрофой...»

Так вот с моей точки зрения, имея перед собой столь грозного и всесильного противника, как, например, хозяева The Guardian и The Financial Times, проявлять такую отвагу в самом начале, когда до исхода ещё очень далеко, можно только в одном случае — когда знаешь наверняка, что суда не будет, потому что надежды его выиграть у противной стороны нет и судиться она потому не хочет и не станет.
Поясню здесь на всякий случай. Бен Фентон, Джон Киган и их хозяева изначально имели в виду, что обязательно должен состояться суд, который разоблачит и осудит и непутёвого поддельщика, и всю эту несусветную антибританскую конспирологическую чушь. Но на таком суде противной стороной у издателей и у Мартина Аллена должна была и могла выступить отнюдь не сверхвлиятельная группа интересов, и даже не её газета или репортёр, а только и исключительно британское правительство (Национальный архив; ни у кого больше в создаваемой целенаправленно ситуации не было необходимых юридических прав, чтобы охотиться за Алленом и его издателями). Значит, эта роль — пострадавшего в суде — правительству с самого начала и отводилась. А оно, судя по смелому поведению издателей, довольно быстро оказалось в ситуации, в которой всем посвящённым стало ясно, что в суд идти с этим делом госчиновникам нельзя ни в коем случае.

Из чего, по-моему, можно сделать только один вывод: в этой истории намеревались подставить в роли очень карикатурного фальшивщика действительно наивного Мартина Аллена и таким образом «убить» навсегда определённый набор критичных документов и заодно целиком некоторые нежелательные версии исторических событий, а подставили вместо этого британское правительство — причём, видимо, слишком уж очевидно — и явно в результате какой-то оплошности (нестыковки, ляпа, просто случайного стечения обстоятельств) уже в процессе исполнения.
Что за «оплошность» была допущена конкретно — я, конечно же, не знаю (как и все остальные досужие наблюдатели). Но вполне очевидно, что она стала известна уже в самом начале и издателям, и Мартину Аллену, и их юристам, и тем, кто в правительстве принимал решения по этому вопросу. (Если к этому добавить, что очень быстро и Мартин Аллен, и его представители прекратили всякое общение с прессой и никак не пытались защищаться от нападок, то можно предположить, что они и правительство уже на самой ранней стадии достигли между собой какой-то внесудебной договорённости относительно грядущей развязки в этом деле.) Дальше, судя по всему, уже само правительство отбивалось от настойчивых закулисных попыток «группы интересов» додавить его и хоть что-то выкрутить из провалившейся затеи. Ну хотя бы вот какое-то «официальное заключение» по делу, о котором уважаемые историки запросили через подконтрольную газету, чтобы можно было, пусть не так громогласно, как прозвучало бы решение суда, но хоть с грехом пополам всё-таки запретить авансом все возможные отклонения от классической мэйнстримной версии истории и отбить у всех охоту к поиску других похожих разоблачающих документов (их же если и не в 2017 году, то всё равно когда-то, рано или поздно придётся таки рассекречивать).

*******
Подводя итог, приведу ещё одну, последнюю деталь; она, по-моему, поставит хорошую точку в этой печальной истории и заодно объяснит, почему я именно эту историю выбрал, чтобы показать, как «работают» сегодня в нашем интеллектуальном мире новые конспирологические стереотипы.
Мартин Аллен, напомню, полагал, что стал жертвой заговора.
А один из обеспокоенных историков-подписантов полагал по-другому: «Энтони Бивора... беспокоит то, что люди, подложившие эти документы, подпитывают тем самым поклонников теории заговора (conspiracy theorists)...»
Вот и получилась, значит, у меня в самом сжатом виде практическая демонстрация «различной трактовки слов 'конспирология' и 'заговор'» или, иначе, заговор против конспирации.

P.S. А чтобы «в живом эфире» увидеть, какой практический результат всего за пару лет способен давать процесс, о котором я в начале говорил (про образование языкового и психологического «заповедника»), предлагаю желающим заглянуть на страничку английской Википедии, посвящённую Гиммлеру : это единственное место, где всей рассказанной только что истории википедия уделила хоть какое-то (очень низкого качества) внимание. В отдельном коротюсеньком разделе, с грозной, жирным шрифтом набранной рубрикой: Forgeries, fabrications and conspiracy theories (Фальшивки, подделки и теории заговоров). Посмотрите. Думаю, согласитесь: даже чисто графически, визуально этот мизерный кусочек в длиннющей статье — всем заповедникам заповедник.
А теперь представьте себе то же самое, но уже не на странице Википедии, а в мозгах ваших детей.

Под кат можно не лезть. Выводы я выношу сюда
Когда какое-либо событие начинают относить к «конспирологии», его не предают забвению и тем более не прячут глупо и недальновидно под замок в каком-нибудь монастырском библиотечном «Аду»; его просто как бы изымают из реальной истории и помещают в область нелепого (настырного, глупого, даже вообще клинического) и потому никому в рациональном мире не интересного фантазёрства. В результате и само событие, и его исследователи, и их единомышленники одним махом и все скопом присоединяются к эдакой касте интеллектуально неприкасаемых.

Привитая насмешливость по отношению к таким карикатурным «заговорам» - это мощное успокоительное средство для общественного мнения. Смеясь над несколькими сильно выпяченными действительно нелепыми, нереальными элементами картинки, созерцатель карикатуры, не отдавая себе в том отчёта, привыкает уже без тревоги, не задумываясь, смеяться заодно и надо всеми остальными её частями скопом, хотя они-то как раз абсолютно соразмерны и реальны, т.е. нисколько не смешны, а вполне серьёзны.

----------------------------

Оригинал взят у vbulahtin в post
У меня в жж есть раздел "Конспирология" (я считаю, что этот раздел+бомба+производство будут основными на ближайшее время...)
Так вот, поставщиком пищи для этого раздела влегкую может стать персонаж Александр Багаев с форума Глобальная Авантюра...
Кнч, я не буду переносить сюда все его выкладки, но кое-что обязательно заимствую...
Картина мира по АБагаеву - очень Образная...

Политическая жизнь в стране и в мире мне образно представляется, как некий Дворец шахмат (ДШ).

У этого ДШ есть собственники (его владельцы; их совсем мало, всего сколько-то человек), и для них ДШ — коммерческое предприятие, они из него извлекают свой доход. Бизнес их заключается в том, что в ДШ проводятся матчи между гроссмейстерами, и собирающаяся на матчи публика платит за входные билеты. Сборы от их продаж и составляют доход владельцев ДШ.
Для получения этого дохода владельцы ДШ содержат специальную Управляющую компанию (УК), менеджерам которой оставляют часть своей прибыли в награду за их работу.
Для отбора, подготовки и раскрутки гроссмейстеров УК содержит сеть Гроссмейстерских школ и издаёт журналы и газеты «Азы древней игры», «Загадочные гамбиты», «Цейтнот» - и т.п.
Оплачивают подготовку и раскрутку гроссмейстеров их Личные спонсоры - это владельцы всех-всех фирм, которые кормят-поят-одевают и вообще обеспечивают всеми необходимыми товарами всю ДШ-вскую публику. У каждого из гроссмейстеров таких спонсоров — 16, по числу фигур на доске, которые каждая в отдельности закрепляются за каким-то одним из спонсоров.

Матчи в ДШ проводятся следующим образом: два гроссмейстера играют партию за столом на сцене, и публика в зале за их игрой наблюдает. С точки зрения публики все решения о том, какой ход сделать, гроссмейстеры принимают сами (или с тренерами во время тайм-аутов). О настоящей роли спонсоров публика не догадывается. Она считает, что спонсоры, как и она сама, затаив дыхание, следят за перипетиями борьбы двух титанов, разворачивающейся у них на глазах на сцене.
А настоящая роль спонсоров вот такая. За кулисами, невидимые и неизвестные публике, есть два изолированных друг от друга помещения для заседаний, по одному для каждой из двух команд спонсоров. В них оборудованы большие экраны, на которые выведена живая картинка с фигурами на доске и циферблатами часов. И установлена прямая и секретная радиосвязь между гроссмейстером и этой комнатой. Каждый раз, как противник сделал свой очередной ход, спонсоры начинают обсуждение ответного хода своего гроссмейстера. Участвуют они в этом обсуждении каждый от имени закреплённой за ним фигуры. Своё решение они сообщают своему гроссмейстеру, у которого в ухе — замаскированный наушник; и тогда он делает веленый ему ход.
Публика после этого, повторяю, апплодирует не спонсорам, об участии которых не подозревает, а гроссмейстеру лично.
Спонсоры, фигуры которых в процессе игры «съедаются», из обсуждения дальнейших ходов исключаются.

Доля спонсоров в прибыли и гонорары гроссмейстеров оплачиваются целиком и только за счёт призового фонда, который УК устанавливает каждый раз в зависимости от того, каков фактический валовый сбор от продажи билетов на матч.
Весь призовой фонд матча УК отдаёт победившей стороне (проигравшей не причитается ничего). Спонсоры «съеденых» в процессе игры фигур из призового фонда никаких денег тоже не получают — они полностью распределяется только между теми, чьи фигуры остались на доске.

Понятно, что во всей этой жизни ДШ всё бьёт ключом, кипит и бурлит, и мало что хоть насколько-то предсказуемо.
Ведь каждый спонсор стремится не просто к победе своей команды в матче, а к такой победе, чтобы его фигура на доске сохранилась, а вот максимальное число остальных фигур его команды оказались «съедеными» (поскольку таким образом максимально увеличивается прибыль «выживших»). Поэтому спонсоры в команде «работают» одновременно и каждый заедино со всеми, и все друг против друга. Поэтому каждый ход, который команда в конце концов выбирает — всегда результат многих сиюминутных, всегда спонтанных и мало предсказуемых силовых игр и компромиссов между спонсорами. Всегда ситуационно зависящих от того, какой ход только что перед этим сделал противник (тоже в результате таких же симпровизированных оппортунистических компромиссов и интриг).
Гроссмейстер при этом может подчиниться командному приказу, полученному через наушник, а может и взять да и сделать вдруг какой-то совсем другой, свой собственный ход. Страх и риск при этом будут целиком его: выиграет он в конце концов партию за счёт такого своевольства — будет со щитом, и спонсоры ему всё простят; проиграет — и спонсоры его бросят на произвол судьбы. Пожертвует неожиданно несколько фигур ради красивого выигрыша в конце с одним королём и ладьёй в остатке — станет непревзойдённым кумиром публики, но зато наживёт себе явных и затаившихся врагов среди своих же спонсоров (тех, чьи фигуры он сдал и кого лишил таким образом прибыли).
А публика, чем больше гроссмейстер ей дарит таких красивых и невиданных доселе гамбитов, тем больше на игру своего любимчика смотреть валом валит. Владельцы ДШ жёстко требуют от УК матчей с его участием (они им самый большой доход приносят), УК на спонсоров давит, чтобы не дай бог с их звёздным гроссмейстером чего не случилось, а сам гроссмейстер становится своевольным нахалом и никого не слушается, даже начинает тайком с некоторыми своими избранными спонсорами выгодные сделки заключать (они ему часть своей сверхприбыли отдают за то, что он фигурами конкурентов жертвует).

Гроссмейстеры, как правило, мечтают и всячески стремятся выбиться в спонсоры; в первую очередь те из них, кто не умеют своевольничать на сцене: либо из-за нехватки смелости не решаются, либо из-за отсутствия достаточного таланта не могут.
Спонсоры все мечтают и всячески стараются накопить денег и завладеть однажды спонсорством короля (с ним прибыль при каждом выигрыше гарантирована, но потому и стоит это спонсорство дороже всего).
Спонсоры королей, ввиду их наибольшего богатства и власти в команде, ведут от её имени все дела с УК и даже иногда с владельцами ДШ. А потому знают многое о подноготной уже всего дворцового бизнеса в целом, и мечтают и всячески стараются однажды быть принятыми на работу в УК.
Менеджеры УК, естественно, мечтают и всячески стараются заиметь и накопить как можно больше акций ДШ, чтобы стать сначала одним из владельцев ДШ, а потом, глядишь, и вообще заполучить контрольный пакет.

Каждый следит за каждым и не упускает ни одной чужой оплошности, ни одной окказии. Кто не успел — тот опоздал.

Но при этом никто не может прожить безо всех остальных. Чтобы ДШ функционировал, должны быть в наличии все: и платёжеспособная публика, и гроссмейстеры (желательно талантливые; а ещё лучше - нахальные звёзды), и спонсоры (желательно умеющие организовывать в сговоре со своим гроссмейстером хитрейшие и красивейшие гамбиты), и эффективная УК, и жесткие и желательно предельно жадные до прибыли владельцы (такие лучше всех накручивают хвоста менеджерам в УК, а такая накрутка передаётся дальше вниз по всей иерархической лестнице, и в результате всё действительно крутится и вертится, как хотелось бы). Все они друг без друга — не могут никак. Все они друг без друга — не проживут и дня. Все они друг от друга зависят целиком и полностью.

И потому в конечном итоге, в конце логической цепочки этого анализа все они — кто сознательно, а кто не отдавая себе в том никакого отчёта — так или иначе, каждый в своём масштабе управляют жизнью всех остальных.
И если видеть всё это броуновское движение разом во всём его объёме и во всех его деталях, то это наверное настолько же интересное и захватывающее зрелище, как какой-нибудь галлактических размеров муравейник. Понять, как Природа такое многозатейное чудо придумала и организовала — трудно. Проще поверить в Бога; а тогда, конечно, можно даже и какие-то канонические Книги написать.

хххххх

Действующие лица и исполнители этого бесконечного спектакля:

Владельцы ДШ — самые богатые люди планеты; не форбовские, а настоящие: и известные нам, и не известные. Старший брат.
Менеджеры УК — что-то вроде, например, Бильдербергского клуба; самая верхушка класса бернхемовских-орвелловских менеджеров. О'Брайены.
Спонсоры — все эти бернхемовские менеджеры, как класс.
Спонсоры королей — банкиры.
Гроссмейстеры — политики.
Их тренеры — партийные идеологи и функционеры.
Гроссмейстерские школы - всяческие фонды и «НПО». «Лондонские школы экономики».
«Азы древней игры», «Загадочные гамбиты», «Цейтнот» и т.п. - СМИ, мэйнстрим, пропаганда.
Публика — избиратели; молчаливое большинство.



Tags: ВОВ, Конспирология, Пиндостан, Тевтоны, ЭльАль_элиты, наглы
Subscribe

  • Здобулы

    Мой разбор полётов Не за то на Майдане стояли!!!11адинадин Когда я эту фразу где-нибудь в комментах или постах читаю, то «хочется взять и…

  • Почитаем Леню Луцкого:

    - Отменять или не отменять? - с момента начала Большой алии задается вопросом израильское общество, с легким отвращением разглядывая…

  • Опять попутал 3

    Оригинал взят у serg70p в Опять попутал 2 Оригинал взят у serg70p в Опять попутал наверное всё же космополитизм…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments